В этом месте река имела слабый торфяной подкрас
В ней торчали сваи от пешеходного мостика, не то сгнившего, не то унесенного во время весеннего половодья. К сваям жались кувшинки, по притопленным листьям которых пробегали эскадроны водомерок.
Воздух гудел от множества оводов. Чимоданов мигом убил четыре штуки и сложил их в кучку. Улита тоже попыталась прихлопнуть одного, покусившегося на ее полнокровную руку, но не преуспела. После мощного шлепка ладонью овод как ни в чем не бывало взлетел и деловито взял курс на шею Дафны.
– Его так просто не прикончишь! Ты его по коже сперва крути, а потом голову отдирай! Только он, сволота, и после этого шевелится! – сказал Петруччо кровожадно.
«Свирь» Мефа и «Таймень» Эссиорха, одолженные у скульптура Кареглазова, собрали быстро. Это были боевые байды, побывавшие во многих походах. Все части заботливо помечены изолентой в одно, два и три кольца. На шкуре «Таймени» Эссиорх обнаружил несколько аккуратных латок.
Больше всего возни, как Эссиорх и предполагал, оказалось с новой байдаркой Чимоданова, Мошкина и Наты. «Вуокса» будто соглашалась собираться, но не до конца. Всякий раз в последнюю секунду обнаруживалось, что что то было не сделано или перепутано, и приходилось начинать все заново.
Эссиорх мрачно сопел и отгонял Корнелия, который, участливо прыгая вокруг, то и дело предлагал: «Хочешь инструкцию по сборке покажу?»
– Уйди, пока я тебя не задушил! – говорил Эссиорх.
Заглядывать в инструкцию ему, как настоящему «муЩине» с большой буквой Щ, было «западло».
Меф трижды ходил купаться и возвращался облепленный насекомыми. Чимоданов продолжал хищно хрустеть оводами и складывать в кучку.
– Это чтобы другие боялись! – изрек Петруччо, поднимая очередной трупик за крылышко.
Меф задумчиво посмотрел на здоровенного овода, ползущего по лбу Чимоданова с явным намерением вцепиться в складку кожи над переносицей.
– Этот не боится! – сказал Меф.
– Это ихний пахан! Мстить прилетел! – предположил Чимоданов.
ХРУСЬ! Оглушив «пахана», Чимоданов закинул его в рот и раскусил крепкими, наскакивающими друг на друга зубами. На девушек это большого впечатления не произвело. На Мефа тоже. Один только Мошкин проявил пугливый интерес.
– И на что похоже? – спросил он.
– По вкусу? – уточнил Чимоданов, небрежно отплевывая прилипшее к губе крылышко.
– Да.
– Хм… Даже не знаю, с чем сравнить, чтобы ты понял. Ты когда нибудь сопли ел?
– Нет.
– А краску от дверей отколупывал?
– Нет!
– И дождевых червей никогда не пробовал?
